Олимпиада-80. Юлия Богданова

Юлия Богданова родилась 27 апреля 1964 года в Ленинграде. Заслуженный мастер спорта СССР (1977). Выступала за клуб «Зенит» (Ленинград). Награждена медалью «За трудовую доблесть». Победительница (100 м), серебряный (200 м) и бронзовый (комбинированная эстафета 4 по 100 м) призер чемпионата мира 1978 года в плавании брассом. Бронзовая медалистка Олимпийских игр-1980 в Москве на дистанции 200 м брассом. Двукратная чемпионка Европы 1977 года в плавании брассом (100 и 200 метров) и серебряный призер в комбинированной эстафете 4 по 100 м. Победительница розыгрыша Кубка Европы (1979). Шестикратная чемпионка СССР (1977–1980). Установила два мировых рекорда (1978). После завершения спортивной карьеры окончила Ленинградский ГДОИФК имени П. Ф. Лесгафта.

001В 2015 году Юлия Богданова в большом интервью журналу «Плавание» рассказала о своей жизни, достижениях и спортивной судьбе.

Юлия Богданова: «Мешок с медалями лежит в шкафу»

37 лет назад имя этой брассистки было у всех на слуху. В августе 1978 года 14‑летняя Юлия Богданова первой в российском (советском) плавании завоевала титул чемпионки мира. Сегодня Богданова вспоминает, как это было.

ПЕРВЫЕ ШАГИ

– Юлия, расскажите, как вы пришли в плавание.

– Обычным для того времени способом. После первого класса врачи обнаружили у меня сколиоз и для исправления ситуации рекомендовали плавание. Родители записали меня в бассейн при заводе «Большевик». Если я не ошибаюсь, плавательным клубом там руководил известный ленинградский спортивный специалист Василий Петрович Поджукевич – отец Марины Васильевны Амировой, которая через несколько лет станет моим тренером и приведет к главным победам в карьере.

Ну а тогда мне просто нравилось плавать в группе начальной подготовки. К тому же в летние каникулы за счет государства нас, тех, кто удержался в секции до конца учебного года, вывозили в спортивные лагеря на Черноморское побережье. Конечно, это были не роскошные гостиничные номера, а дощатые домики или квартиры местных жителей, но все равно было здорово. Наши родители тогда, по-моему, платили только за экскурсии.

– Когда почувствовали, что вода вам послушна, и почему выбрали именно брасс?

– Таких тонкостей я уже не помню. В самом начале мне нравилось плавать и на спине, и комплексом. На живот меня перевернула Амирова, в группе которой я оказалась через три года занятий.

– Коллеги называют вашего тренера профессором брасса.

– Вполне справедливо. Как это ни банально звучит, с легкой душой могу также назвать своего наставника «второй мамой», заменявшей нам родителей на сборах. Мы и сейчас поддерживаем теплые отношения. Нечасто, но созваниваемся, иногда встречаемся на спортивных праздниках. Амирова по-прежнему в строю, работает в бассейне с детьми и группами здоровья. Было бы здорово сохранить такую энергию в ее нынешнем возрасте. А тогда именно Марина Васильевна разглядела во мне какой-то потенциал и перевела в спортивный интернат, где началась большая и очень серьезная работа.

ИНТЕРНАТ И СБОРНАЯ

– Много приходилось плавать в интернате?

– В памяти остались бесконечные трехразовые тренировки и объемы до десяти километров в день. Подъем – в 5 утра, первая тренировка – в шесть, потом занятия в школе. Уставали так, что в спальном корпусе, чтобы не тратить время на одевание-раздевание, ложились в постель в спортивных костюмах. А в тихий час между дневной и вечерней тренировками, бывало, сначала долго ворочаешься и не можешь задремать от физического и нервного напряжения, а потом все-таки проваливаешься в сон и соскакиваешь по звонку будильника с ватными руками и ногами.

Мой однокашник по интернату Михаил Горелик, работающий сегодня тренером сборной России, говорит, что у нынешних ребят и девочек, в отличие от нас, практически «курортные» условия работы, – смеется Юлия. – Таких объемов, как мы, они не выполняют.

– Во второй половине 1970‑х и начале 1980‑х годов, когда вы выступали за сборную СССР, чуть ли не половину команды составляли воспитанники ленинградского плавания. Спортсмены из разных тренировочных групп дружили между собой?

– Конечно! Причем хорошие отношения были не только между представителями Питера. Мы дружили и с москвичами, и с украинскими спортсменами, и с другими ребятами и девушками. Помню, что обстановка в команде тех лет была доброжелательная и творческая. Всех нас буквально заряжал своей энергией главный тренер Сергей Михайлович Вайцеховский. Мы проводили КВНы, на сборы с нами ездили учителя, чтобы школьники не отставали от учебной программы. Также были совместные выезды на природу, в театры, музеи. Мы не замыкались только на спорте.

ОТ БЕРЛИНА ДО МОСКВЫ

– Вы – первая в истории отечественного плавания чемпионка мира. Победу вы одержали в 1978 году в Западном Берлине, который тогда был едва ли не образцом капиталистического процветания. Не было культурного шока от сверкающих витрин, набитых разными недоступными в СССР товарами?

– Германия была не первой капстраной в моей биографии. Например, годом раньше я выступала на чемпионате Европы во вполне благополучной Швеции, где выиграла две золотые медали. Поэтому никакого шока не было. Да и особо некогда было рассматривать город и витрины магазинов, так как график пребывания в Западном Берлине был очень плотный. Весь маршрут можно уложить в простую схему: аэропорт – отель – бассейн – отель – аэропорт. Кстати, в гостиницу нас поселили довольно скромную. Мы видали более комфортабельные отели. И лишь перед отъездом команде дали несколько часов для забега по магазинам. Мне тогда выдали на руки две тысячи марок премиальных – большую сумму по тем временам. Конечно, эти деньги не сравнить с нынешними призовыми. Но и время было другое.

– Но их надо было еще заработать. Помните победный заплыв? Перед стартом сильно волновались?

– Если честно, было не до волнения. На чемпионат мира я приехала после операции аппендицита. Были большие опасения, что швы еще не очень хорошо зажили. Еще мы с тренером неправильно рассчитали график подготовки к финалу заплыва на 100 метров. Вызов на старт застал меня на массажном столе. Толком не разогревшись, я бежала к тумбе, на ходу натягивая лямки купальника. Но в итоге все обошлось. Финишировала я первой.

– С того чемпионата вы привезли полный комплект наград – серебряную за 200 метров и бронзовую за комбинированную эстафету. Как отметили успех?

– Когда после победного заплыва я вошла в автобус, команда дружно начала его раскачивать, скандируя что-то приятное в мою честь. Ребята подарили огромного плюшевого медведя, чуть ли не с меня ростом. Я берегла его до недавнего времени. Только когда мишка совсем истлел и начал рассыпаться, пришлось его утилизировать. Помню еще, что в гостинице долго не могла уснуть.

– После победы в Западном Берлине о вас много писали, называли главной претенденткой на олимпийское золото Москвы-1980. Следили за публикациями?

– К этому я относилась и отношусь довольно спокойно. А вот папа следил, собирал все – вырезки из газет и журналов, фотографии. Родителям всегда приятно, когда их дети добиваются чего-то существенного. А я и медали свои на стены не развешиваю.

– Почему не удалось стать олимпийской чемпионкой?

– Накануне заплыва на 200 метров хирургическая операция двухлетней давности неожиданно напомнила о себе. Меня скрутила страшная боль в районе шва. Доктора спрашивали, точно ли мне удалили аппендикс, куда-то давили руками. Потом решили, что это спайка.

– Речь об отмене выступления не шла?

– Кто бы тогда позволил, чтобы реальная претендентка на медаль снялась с соревнований! К вечеру врачебные манипуляции помогли избавиться от боли, и я вышла на старт. Но, наверное, даром все это не прошло. Во время стартового прыжка потеряла концентрацию, сильно ударилась о воду и чуть не потеряла сознание. Плыла в состоянии грогги, толком не помню, как добралась до финиша.

– В тот день весь пьедестал заняли спортсменки сборной СССР. Чемпионкой стала Лина Качюшите, серебряную медаль завоевала Светлана Варганова, вам досталась бронзовая. Вас не удивила победа Лины?

– Почему это должно было кого-то удивить? На чемпионате мира-1978 именно Качюшите опередила меня на двухсотметровке. Именно ей принадлежал в тот момент мировой рекорд. Я тоже была очень хорошо готова к Играм в Москве, но стечение неприятных обстоятельств не позволило реализовать наработанное.

– Два золота из Москвы увезла немецкая брассистка Уте Гевенигер. Помните её победы на стометровке и в эстафете?

– Не видела, если честно. Не попав в финал на 100 метров, я собрала вещи и уехала в Ленинград. Тем же летом приняла решение уйти из большого спорта. Попросила старшего тренера отделения плавания нашего спортинтерната Генриха Владимировича Яроцкого перевести меня сразу в 11-й класс (мы учились на год дольше обычных школьников) и по окончании школы поступила в Институт физкультуры имени Лесгафта.

Продолжение интервью читайте в полном материале — интервью с Юлией Богдановой в формате pdf

Интервью для журнала «Плавание» (2015 год, автор — Борис Титов)
Фотографии: РИА Новости/ Сергей Гунеев, Юрий Сомов